…Марта судорожно ухватилась за край бассейна, но мокрые пальцы соскальзывали. Вода заливала рот, в ушах гудело, а смех сверху звучал будто из другого мира.
И в этот момент — ровно в следующую секунду — произошло то, чего Ариана не ожидала никогда.
Раздался глухой хлопок, будто кто-то с силой захлопнул дверь. Свет на крыше моргнул и погас. Музыка оборвалась на полуслове. Телефоны в руках у гостей одновременно потухли.
— Эй… что за… — кто-то нервно хихикнул.
А потом вода в бассейне вздрогнула.
Не волной — будто её кто-то толкнул изнутри.
Марта перестала барахтаться. Её тело вдруг выпрямилось, словно невидимая сила подняла её снизу. Вода вокруг неё стала идеально гладкой, зеркальной. Она медленно поднялась над поверхностью — босые ноги всё ещё касались воды, но не тонули.
Смех оборвался.
— Это… это что, фильтр? — прошептала подружка Арианы, сжимая телефон. Экран был чёрным.
Марта открыла глаза.
В них не было паники. Не было страха. Только холодное, глубокое спокойствие — такое, от которого у людей перехватывает дыхание.
Она сделала шаг по воде. Потом ещё один.
Ариана инстинктивно отступила назад.
— Ты… ты что творишь?! — голос её сорвался.
Марта остановилась у края бассейна. С воды на неё не капало ни капли — платье было сухим, будто она и не тонула секунду назад.
— Десять лет, — тихо сказала она. Голос был ровным, но каждый звук отдавался в ушах, как удар. — Десять лет я вытирала за вами грязь. Молчала. Терпела. Прощала.
Ветер резко усилился. Стулья заскользили по плитке, бокалы попадали и разбились.
— Но сегодня, Ариана… — Марта подняла взгляд прямо на неё. — Ты перешла грань.
Ариана почувствовала, как холод пробежал по позвоночнику.
— Папа узнает… — попыталась она усмехнуться. — Ты вообще понимаешь, кто я?!
Марта едва заметно улыбнулась.
— Я знаю, кто ты.
Она сделала шаг вперёд.
— А ты даже не представляешь, кто я.
В ту же секунду плитка под ногами Арианы треснула. Бассейн взревел, вода поднялась стеной — но не к Марте.
Она шла к Ариане.
И смех, который ещё минуту назад звучал над крышей, сменился криками ужаса.
Продолжить дальше — с разоблачением Марты, тайной её прошлого или жёсткой кармой для Арианы?
Ариана сделала ещё шаг назад — и упёрлась спиной в стеклянное ограждение крыши. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышали все.
— Это… это какой-то трюк, — прошептала она, оглядываясь на друзей. — Скажите же! Вы же видите?!
Но друзья молчали. Один из парней сидел на полу, закрыв голову руками. Девушка с идеальным макияжем плакала, размазывая тушь по щекам. Никто больше не смеялся. Никто не снимал сторис.
Марта остановилась в нескольких шагах от Арианы.
— Ты привыкла, что за тебя всё решают деньги, — сказала она спокойно. — Что любой твой поступок можно стереть, как пятно со стола.
Она посмотрела на дрожащую девушку.
— Но есть вещи, которые не покупаются.
Вода в бассейне начала медленно подниматься, закручиваясь в плотную спираль. Воздух стал тяжёлым, будто перед грозой.
— Я… я не хотела… — голос Арианы сорвался. — Это была шутка…
— Шутка? — Марта чуть наклонила голову. — Ты смеялась, когда я захлёбывалась. Ты снимала, как человек может умереть. Для тебя это был контент.
В следующий миг вода рванулась вперёд.
Она не ударила Ариану — она обошла её, сомкнувшись стеной за спиной. Девушка оказалась в водяном кольце, не касаясь её, но чувствуя ледяной холод у самой кожи.
— Пожалуйста… — всхлипнула Ариана. — Я всё исправлю… Я заплачу…
Марта подошла вплотную. Их взгляды встретились.
— Нет, — тихо сказала она. — Сегодня ты запомнишь.
Вода резко сжалась.
Ариана закричала — но звук будто утонул в гуле. В одно мгновение она увидела себя со стороны: смеющуюся, уверенную, жестокую. Увидела лица людей, над которыми издевалась. Услышала собственный смех — теперь он звучал чудовищно.
А потом всё исчезло.
Когда свет на крыше снова загорелся, бассейн был спокоен. Марта стояла у края, будто ничего не произошло. Вокруг — разбросанные бокалы, испуганные подростки и тишина.
Ариана лежала на плитке, задыхаясь, в слезах, с пустым, сломанным взглядом.
Она была жива.
Но прежней — уже нет.
Марта подняла поднос, аккуратно поставила его на стол и, проходя мимо, тихо сказала:
— Иногда одного мгновения достаточно, чтобы человек понял, кем он стал.
И ушла.
Прошло несколько минут, прежде чем кто-то осмелился пошевелиться. Музыка так и не включилась снова. Вечеринка умерла — не шумно, а навсегда.
Ариана сидела на холодной плитке, обхватив колени руками. Дорогой макияж стекал по лицу, волосы прилипли к щекам. Она дрожала — не от холода, а от памяти. То, что Марта показала ей в тот миг, не было сном и не было галлюцинацией. Это было слишком настоящим.
— Нам… нам нужно уйти, — прошептал кто-то.
Гости один за другим покидали крышу, не оглядываясь. Никто не попрощался с Арианой. Никто не помог ей подняться. Те, кто ещё вчера называл её королевой, теперь боялись даже встретиться с ней взглядом. Потому что каждый из них почувствовал: это могло случиться с любым.
Когда крыша опустела, Ариана осталась одна.
На следующее утро в особняке царила странная тишина. Отец Арианы — миллиардер, человек, привыкший контролировать всё и всех, — сидел в своём кабинете с побелевшим лицом. Перед ним лежал отчёт службы безопасности.
— Камеры на крыше отключились ровно на сорок три секунды, — тихо сказал начальник охраны. — Ни одна система не зафиксировала сбой. Это… невозможно.
— Где Марта? — резко спросил он.
— Ушла. Ночью. Ничего не взяла. Ни расчёта, ни документов. Просто… исчезла.
Миллиардер сжал пальцы в кулак. За десятки лет он видел всё: предательство, шантаж, угрозы. Но сейчас ему было по-настоящему не по себе.
— Найдите её, — сказал он. — Любой ценой.
Начальник охраны замялся.
— Мы… уже пытались. По базам данных её будто не существует. Ни прошлого, ни настоящего. Имя — не настоящее. Паспорт — поддельный, но сделан на таком уровне, что…
Он замолчал.
— Такое делают не люди.
В этот момент дверь кабинета тихо приоткрылась.
На пороге стояла Ариана.
Она выглядела иначе. Сутулая, без украшений, с потухшим взглядом. Девушка, которая ещё вчера смеялась над чужой болью, теперь боялась собственной тени.
— Пап… — прошептала она. — Не ищи её.
— Что она с тобой сделала?! — взорвался он. — Я уничтожу её!
Ариана медленно подняла голову. В её глазах мелькнул страх — и что-то ещё. Осознание.
— Она ничего мне не сделала, — сказала она глухо. — Она просто… показала правду.
Она сглотнула.
— И если ты её тронешь… будет хуже.
Миллиардер замер. Он никогда не слышал такого тона от дочери.
А Марта в это время шла по узкой улице старого города. Обычная женщина в простом пальто. Люди проходили мимо, не замечая её. Только один старик, сидящий у подъезда, поднял глаза и медленно перекрестился.
— Опять ты, — прошептал он. — Значит, время пришло?
Марта остановилась, посмотрела на него — и впервые за долгое время в её взгляде мелькнула усталость.
— Всегда приходит, — ответила она. — Просто не все верят.
Она пошла дальше.
Через несколько дней Ариана впервые в жизни вышла из дома одна — без охраны, без водителя, без дизайнерских очков, за которыми раньше пряталось презрение к миру. Город казался ей чужим и слишком громким. Каждый смех резал слух, каждый резкий звук заставлял вздрагивать.
Она больше не спала по ночам.
Стоило закрыть глаза — и она снова оказывалась в том мгновении, сжатом водой и правдой. Снова слышала собственный смех, превращённый в визг. Снова чувствовала тот холод — не воды, а осознания.
В один из таких дней она зашла в маленькое кафе на окраине. Место было дешёвым, столики шатались, кофе пах пережжёнными зёрнами. Раньше она бы скривилась и вышла. Сейчас — осталась.
За соседним столом женщина лет сорока тихо плакала, уткнувшись в ладони. Официантка шептала:
— Простите, но если вы не заплатите сегодня…
Ариана вздрогнула.
Раньше она бы даже не услышала этого.
Она медленно встала, подошла к кассе и молча положила деньги. Потом вернулась за столик, не ожидая благодарности.
Женщина подняла на неё покрасневшие глаза.
— Спасибо… — прошептала она. — Вы… вы даже не представляете, что это для меня…
Ариана хотела ответить — но слова застряли в горле. Потому что в отражении стекла она на секунду увидела Марту. Ту самую спокойную фигуру. Тот самый взгляд.
Она резко обернулась.
Никого.
Тем временем в новостях всплыло странное совпадение.
Сначала — сын крупного политика, заснятый на видео, как он издевается над бездомным. Через сутки юношу нашли в психиатрической клинике — он кричал, что «тонет в зеркале».
Потом — наследница корпорации, доведшая до суицида свою ассистентку. Через три дня она исчезла. Камеры зафиксировали, как женщина с лицом служанки вошла в её пентхаус — и больше никто оттуда не выходил.
Журналисты шептались. В интернете появилось имя:
«Служанка».
«Та, что приходит».
«Женщина без прошлого».
Миллиардер читал эти статьи молча. Он начал худеть, постарел за недели. Деньги больше не давали ему уверенности. Потому что впервые он понял: есть сила, перед которой бессилен даже он.
А однажды вечером Марта всё-таки вернулась.
Особняк был тёмен. Ариана сидела в гостиной, без света, словно ждала.
— Ты знала, что я приду, — спокойно сказала Марта, выходя из тени.
Ариана не закричала. Не убежала. Она медленно поднялась.
— Я надеялась, — тихо ответила она. — Я… я хотела сказать.
— Слова ничего не стоят, — перебила Марта. — Я смотрю на поступки.
Ариана опустила глаза.
— Я больше не смеюсь над чужой болью, — прошептала она. — Я помню каждое лицо, которое ты мне показала. И… если ты пришла закончить — я не буду сопротивляться.
Марта долго смотрела на неё. Потом подошла ближе. Очень близко.
— Самое страшное наказание, Ариана, — сказала она тихо, — не смерть. И даже не страх.
Она коснулась её виска.
— Самое страшное — проснуться человеком, если раньше ты им не была.
Она убрала руку.
— Ты уже наказана.
Марта развернулась и пошла к выходу.
— Ты… ты ещё придёшь? — дрожащим голосом спросила Ариана.
Марта остановилась на пороге.
— Если ты забудешь — да.
Она не обернулась.
— Если вспомнишь — нет.
Дверь закрылась.
Ариана опустилась на пол и впервые в жизни плакала не из-за себя.
А где-то в городе снова раздался смех — громкий, жестокий, уверенный.
И Марта уже шла туда.
